https://lostland.rolka.me/ Кабинет сумасшедшего соведя ru-ru Thu, 18 Feb 2021 20:54:30 +0300 MyBB/mybb.ru https://lostland.rolka.me/viewtopic.php?pid=366#p366 <p>Стоун &amp; Илай Берриган<br />у дикой охоты — свод непреложных правил: нельзя отставать, не то в темноте оставят, нельзя вспоминать, откуда и кто ты есть</p> <p>Прошлое делает нас теми, кто мы есть теперь: озлобленными или богобоязненными; упрямыми или мягкими; лживыми или за честность рвущими языки. Прошлое имеет значение, но оно, всё же, уходит, оно не должно иметь власти над будущим или отравлять разум до скончания дней. Прошлое — фундамент, а не пророчество. И забыв об этом — слишком легко захлебнуться тьмой в собственном сердце.</p> <p>+1<br />ПрофильЛСE-mail<br />22019-06-14 12:27:22<br />СТОУН<br />дикая тварь из дикого леса<br />Стоун</p> <p>ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖА<br />слуга Хэмиша Пэйтона, последний представитель рода Роу<br />0 золотых<br />Сообщений: 870Репутация: +101АКТИВЕН 29 МИНУТ<br />Шумела толпа. Стоун озирался испуганно. Город был иным и сильно отличался от него дома и ближайшей древни. Он пах иначе. Свежесть листвы тут сменилось зловонием улиц, множество красок сменилось грязными серыми разводами, тишина нарушаемая только животными и ветром была попрана людскими голосами, криками, цоканьем копыт и лаем собак. Мальчишка чувствовал как этот зловонный гигант душит его наложив свои черные руки. В ужасе он озирался ища мать, но той нигде не было. Видимо в толпе она не заметила, как сын отстал от нее засмотревшись на продавщицу бус. А может нарочно радовалась тому, что ребенок отстал и потерялся в этой толпе.<br />— &quot;Она не бросила?&quot; — лихорадочно думал мальчишка. Но вот впереди он увидел знакомое платье. Стоут потянул за подол платья, но развернувшаяся женщина не была его матерью.<br />— А ну пошел отсюда! — рыкнула она на маленького мальчишку приняв за карманника. Стоун отшатнулся налетел на кого-то еще.<br />Город был враждебен. Они скалился на лесного дикаря людскими лицами. Кричал на него через их рты.<br />Животный страх, привычный Стоуну с рождения, захватил душу. оступившись и налетев на еще одного человека он ринулся прочь. Он бежал не разбирая дороги, даже когда шумная толпа торговой площади осталась позади&#160; мальчишка не останавливался. ему казалось, что из каждого проулка на него смотрят злые глаза. Хищно скалится невидимый властитель этого каменного мешка. Босые ноги царапало о камень мостовой, а непривычные пейзажи нагоняли ощущение пойманного в ловушку зверя.<br />Серость, серость, серость... Все одно и то же. Стоун не понимал, как люди могут жить здесь, что вынуждает их запирать себя в камни. ради какой выгоды? Ноги устали, сердце билось загнанно, а легкие рвало от бега. В этой серости, где не за что было зацепиться взгляду, он наконец увидел нечто знакомое. Родное. То от чего веяло прохладой леса, напоминающее о шуме ветра в кронах и ярким пятном бросавшееся в глаза. Словно ища спасения от этой серости, мальчишка ринулся туда, в сад. Он преодолел забор и спрыгнул вниз. <br />Затаился. Казалось, что нечто еще гонится, но в этой тише душе становилось спокойнее. Спустя пару минут он двинулся&#160; глубь сада. Пусть близость деревьев его успокаивала, но он помнил сколько опасностей таил лес. Здесь же их наверняка еще больше. Оглядывался, словно вор, но даже это не смогло ему помочь. Выйдя на одну из тропинок он случайно наткнулся на человека. Мальчишка, года ни три четыре старше самого Стоуна, явно удивился гостю. Одетый в простецкую одежду из которой немного вырос, босой и взлохмаченный Стоун явно не вписывался в окружающие пейзажи. От бродяжки его отличала только чистота одежды и общая опрятность.<br />— Простите — сын егеря отшатнулся. Он даже не знал, за что извиняется, но уже выучил хорошо, что эти слова практически магически действуют на людей. Они сразу становятся спокойнее. Мальчик осматривался, ища пути к отступлению если незнакомец окажется агрессивен. Стоун надеялся, что на него махнут рукой. Ему не хотелось покидать тишину деревьев. Здесь он чувствовал себя спокойнее.</p> <p>Adveniat Regnum Tuum. Когда-нибудь, непременно.<br />Я верую в это, Боже. И вера моя крепка.</p> <p>+3<br />ПрофильЛСУдалить Редактировать<br />32019-06-16 13:24:41<br />ИЛАЙ БЕРРИГАН<br />malleus maleficarum<br />Илай Берриган</p> <p>ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖА<br />инквизитор III ступени, Церковь Семерых<br />2300 золотых<br />Сообщений: 780Репутация: + +314<br />Последний визит:<br />2019-11-14 20:16:27<br />Церковь — мой дом.</p> <p>Это Илай повторяет самому себе тогда, когда становится особенно тяжело: когда не может двинуться от усталости, весь измазанный песком и немного кровью, чаще — чужой; когда другие шепчутся за спиной, собираются в группы и он охотно остаётся один, прячась в тени садовых деревьев и роз; когда уезжает мама — и тоска усиливается во сто крат.</p> <p>Илай знает, что служение Церкви — цель, которую для него выбрали Семеро. Это — благословение. Самое великое счастье его жизни, от которого невозможно отказаться, как невозможно отказаться от дыхания или собственной плоти. И всё же, Илай чувствует злость. Стоит матери уехать и эта обида разгорается с новой силой. Когда Илай видит её — лишённую руки, но не любви к нему и не собственной гордости, ему хочется обрушить гнев на отца. Спросить его, почему он допустил страдания матери.</p> <p>Спросить, почему он продал собственного сына. За этой злостью Илай не чувствует всепрощения, что проповедует отец Галлахан и не чувствует освобождения от мирского. Всё меркнет пред яростью: плодородная почва, на которой должна вырасти преданность превращается в выжженную пламенем пустошь.</p> <p>Эти мысли — камень на шее. Он настолько тяжёл, что вырывает Илая из реальности, заставляя погрузиться в себя так глубоко, что он не замечает ничего вокруг себя. Когда же кто-то врезается в него у самого начала лабиринта, в котором все стены усыпаны бутонами роз, Илай громко вздыхает и тексты литании сыпятся на каменные плиты из его рук.</p> <p>— Вы... Ох, прошу прощения. — горячо извиняется Илай, спешно опускаясь на колени и собирая пожелтевшие на краях листы. Верхний лист, «литания о всепрощении» — что как не знак осуждения Матери? Или шутка, но, увы, не смешная.</p> <p>Взгляд Илая, обращённый в землю, скользит по чужой обуви. Она немного запачкана грязью, словно её обладателю пришлось прогуляться по просёлочной дороге. Швы аккуратные, а размер — как у ребёнка. Инквизиторы не носят подобную обувь — наконец понимает Илай и вскидывает голову, обращая свой взгляд на незнакомца.</p> <p>Илаю хочется сказать ему нечто очевидное: о том, что он не должен здесь находиться; или о том что он явно не принадлежит Церкви. А потом Илай замечает, что незнакомый мальчик напуган и пятится назад будто от жгучего пламени костра во время казни.</p> <p>— Всё хорошо, ничего страшного. — поднимает Илай ладонь, как если бы хотел успокоить дикого зверя. Он встаёт с колен, удерживая бумагу на книге, с которой пришёл и оправляет чёрно-алую рясу. Все инквизиторы в таком возрасте носят рясы — меняя их на кольчугу только во время тренировок. Илай находит это ужасно неудобным, но терпит как и другие.</p> <p>— Я могу вам чем-нибудь помочь? — этому его учат. Не только давать бой еретикам, читать молитвы и смешивать бальзамы. Его учат спасать души страждущих, помогать нуждающимся и укреплять чужую веру в Семерых. На миг, всего лишь на миг злость отступает на второй план и Илай испытывает укол совести за то что позволил себе усомниться в собственном пути.</p> <p>Он всё исправит, всенепременно. Он всё исправит и пустоши снова станут цветущим садом.</p> <p>+2<br />ПрофильЛСE-mail<br />42019-06-20 22:44:06<br />СТОУН<br />дикая тварь из дикого леса<br />Стоун</p> <p>ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖА<br />слуга Хэмиша Пэйтона, последний представитель рода Роу<br />0 золотых<br />Сообщений: 870Репутация: +101АКТИВЕН 29 МИНУТ<br />Незнакомец на него взглянул и... извинился. Мальчишка посмотрел на незнакомца как на небылицу из сказки. Он не привык к тому, что перед ним извиняются. Он с удивлением рассматривал этого человека, не понимая за что тот просит прощения. Боится его, Стоуна? Но ведь он тут чуждый и явно слабее этого незнакомца.</p> <p>Мальчика нахмурился. Он не понимал этого человека. О был таким же чужим, как и этот город. Корни &quot;каменного леса&quot; наверняка проникли в душу этого юноши. Сцепили. Наверняка он так же гавкает на рынке и грозится сдать страже.</p> <p>Стоун следит за поднятой рукой, как следил бы лесной зверь, забредший в город. Смотрит исподлобья, напрягается всем телом ожидает удара, шарахается от хрустнувшей где-то ветви. Юноша в черном вежлив, спокоен и не пытается голоса повысит. Стоун делает небольшой шаг назад и медленно расслабляется. Не похоже было, что сейчас сына егеря бить будут. Взгляд у этого человека другой, двигается иначе, не ищет взглядом место для удара.</p> <p>— Мне? Помочь? — в голосе звучит подозрение, недоверие, удивление. Он не привык, что кто-то помогает ему. В деревню не часто пускают, а дома помощи не допросишься. Да и толку просить нет.</p> <p>— Я здесь хочу посидеть. Я посижу и уйду. На рынке злые люди, гневные. Рычат. Меня не любит город. Серый. Злой. Чужой. Тут деревья, пахнет травой. Спокойнее. — Мальчишка сделал еще несколько шагов назад. Он не доверял незнакомцу свою спину. Кто знает, что можно ждать от него. не привык ждать ничего хорошего. Зайдя под сень деревьев осторожно сел на землю под деревом, следя взглядом за Черным. </p> <p>— Ты тут живешь? Это твои деревья? А эти штуки зачем? — Стоун ткнул на книги и свитки. Он не умел читать, считать мог разве что на пальцах рук. Книги для него были загадками, он видел их пару раз, но плохо понимал сакрального смысла их. Он привык спрашивать. Говорить, ка на него не шикнут, не заткнут. Чем больше он смотрел на незнакомца, тем сильнее крепла уверенность, что не будут его бить сейчас. Значит можно спрашивать. Этот тумаками не заткнет.</p> mybb@mybb.ru (Соведь) Thu, 18 Feb 2021 20:54:30 +0300 https://lostland.rolka.me/viewtopic.php?pid=366#p366 https://lostland.rolka.me/viewtopic.php?pid=365#p365 <p>Манеры. Высокородные цеплялись за них, отгораживались от простого люда словно щитом. Но что за этим щитом? Всё та же гниль, что и у необразованных бродяг. Если не хуже. Сколько раз Стоун видел, как льстецы говорили с Хэмишем, сколько раз он узнавал, что за спиной его они поливают Пэйтона грязью. Смеются над ним. Также, как и торговка рыбой улыбаясь постоянной покупательнице, въедливо поносит за спиной её. И разница лишь в том, насколько красивая гниль льется из их уст.</p> <p>Слуга не ответил ничего, хмыкнув лишь и продолжив путь. Ему не за что было уважать этого слабака, и мужчина даже не пытался высказать хоть толику положенного. Просто молча шел, ощущая, как на улице буря лишь усиливается. Сердце его наполнялось счастьем, когда ветер пронизывающе пытался проникнуть сквозь плащ, когда капли градом сыпали с неба, а холод пронизывал до костей. Именно сейчас, в такое ненастье, ты чувствовал, как мал перед стихией, как велика сила ее. Насколько людские копошения бессмысленны в сравнении с происходящим. Чистый восторг.</p> <p>Пёс не знал, о чем думал замолчавший Лисандр. Мужчина и вовсе забыл о своем компаньоне ровно до той поры, пока они не добрались до нужного места. Стоун осмотрел юношу, собираясь уже попрощаться и уйти. Но Лисандр опять попытался швырнуть ему кость.</p> <p>Пёс же просил.</p> <p>Наёмник снова усмехнулся, поднимая взгляд темных глаз на мальчишку. Мальчишка, даже не юноша, просто ребенок, который пытался играть взрослого. По всем правилам, прописанным за долго до него. пытался изображать также, как и Стоун. Но меж тем разница меж ними было больше любой пропасти.</p> <p>— Я не думаю о вас ничего. Если моему господину будет нужно он найдет вас сам. — Стоун коротко поклонился, прежде чем высказать мысль, которая никак не покидала голову.<br />— Ваши слова о моем господине и тени на нем. Вы не можете судить об этом. Говорите с высока. А меж тем во мне течет такая же кровь, как и в вас. Пусть род Роу и канет в забвение скоро, он тоже заслуживает уважения. — Стоун врал, но ему нравилась сбивать спесь с мальчишки. Хотя можно ли назвать это ложью? Да, кровь Стоуна такая же алая, как и у другого. И Роу явно не заслужили порицания.</p> <p>— Доброй ночи... Пэйтон. — он не назвал его лордом, даже сейчас, словно это было сродни склонить колено. Наёмник мог быть покорным, если этого требовала жизнь, но сейчас он чувствовал, что может позволить себе на прощание дерзость.[nick]СТОУН[/nick][status]дикая тварь из дикого леса[/status][icon]http://s8.uploads.ru/xz9s6.png[/icon][profile]слуга Хэмиша Пэйтона, последний представитель рода Роу[/profile]</p> mybb@mybb.ru (Соведь) Thu, 18 Feb 2021 20:52:11 +0300 https://lostland.rolka.me/viewtopic.php?pid=365#p365 https://lostland.rolka.me/viewtopic.php?pid=351#p351 <p>Поленья натужно трещат, покрываясь сеткой огненных трещин. Табачный дым утекает в открытый дверной проем, возвращая предметам четкие очертания. Вдруг изба кажется Мэгги маленькой такой, для нее и трех незваных гостей.</p> <p>Наглец за руку ее хватает, держит крепко, скалится рядом редких зубов. Цацки ему нужны. Мэгги смешно, она смеряет наглеца взглядом, не говоря больше ни слова. Только левой рукой нащупывает стилет, сжимает посильнее рукоять и, замахнувшись, всаживает его мальцу в глаз. Кость хрустит, пропуская тонкое лезвие. Наглец обмякает, ослабляет хватку и мешком валится на пол. Стилет весь в крови. В полутьме кажется черной, только блики от огня ловит, сверкает краснотой. Мэгги переполняет радость, да только чья. Её ли? Божества, аль невидимого спутника, что против воли в душе поселился?</p> <p>Второй не знает, что ему делать. Обидно за товарища, да страшно за себя. Мэгги небрежно кровь об юбку вытирает, наблюдая за ссорой двоих. Все происходит быстро, почти молниеносно. Кажется, сегодня только один вернется из разведки. Скулеж раненного отражается от стен, и Мэгги хочется заткнуть его, неразумного, да только здесь уже не ей решать. Не ей, а Псу. Так его называет разбойник. Да разве преданный пёс обернется против своей своры? Так не сделает ни собака, ни волк. Только одинокий зверь на такое способен. Не его это имя.</p> <p>— Ну, спасибо тебе, Пёс, — Мэгги прячет стилет обратно за пазуху. — Что бы я без твоей помощи делала?</p> <p>Силуэт ведьмы смягчается, напряженные плечи опускаются вниз, взгляд уже не жжется. Проходит всего лишь миг, а ведьма оказывается рядом с Псом, словно из воздуха появившись. Ладонь ее ложится на незаряженный арбалет, мягко его опуская. У Пса жесткие глаза. Почти жестокие, холодные. Мэгги хочет увидеть его лицо, запомнить, но чужие маски срывать невежливо.</p> <p>— Можешь забирать обоих, — ее слова — мёд. — Мне мертвец ни к чему.</p> <p>Мэгги отступает на шаг назад, оглядываясь на кровью залитый пол. Дерево жадно кровь пьет, пятна эти ничем не выведешь, только если вырезать с мясом. Ведьма возвращается к огню, переступая через тело Ражи. Похлебку помешивает, даром, что не пригорела, иначе оставаться сегодня Мэгги голодной.</p> <p>— Так как ты объяснишь вожаку своему, — спрашивает она, не оборачиваясь, — то, что двоих людей потерял? Сможешь хоть к своим вернуться?</p> mybb@mybb.ru (Соведь) Thu, 18 Feb 2021 20:48:02 +0300 https://lostland.rolka.me/viewtopic.php?pid=351#p351 https://lostland.rolka.me/viewtopic.php?pid=345#p345 <p>Гарза смеётся вам в ответ, но смех выходит каким-то неестественным. Напряжённым. Он отворачивает голову и облизывает губы, встречаясь с Гиацинтом глазами.</p> <p>Вы, должно быть, понимаете когда произносите эти слова: Гарза ещё не боится, но уже обеспокоен. Он хлопает вас по плечу и растворяется, чтобы вернуться позже.</p> <p>Тумэй не злится на ваши прикосновения. Она окидывает вас задумчивым взглядом, одновременно скептическим и пронзительным, а потом тянет:<br />— Любопытно.</p> <p>Она добавляет, обнимая себя за плечи:<br />— Я думала, что после него Гарза сгинул, но... — она погружается в себя, явно что-то решая, — Кажется, я ошибалась.</p> <p>Тумэй больше не берёт вас за руку, но ведёт к самому большому костру, пока сумерки постепенно сгущаются. Пока вы идёте, она не позволяет себе замолкнуть и на минуту.</p> <p>— Когда я впервые встретила Гарзу, он уже не был собой. Он... Необычный человек, как ты мог заметить. — неловко кашляет Тумэй, стараясь избегать интимных подробностей, — Он обладал способностью переселяться из одного тела в другое, постепенно завоёвывая его и отнимая у хозяина. Он рассказывал мне, что в этом его сила, но я думаю, что в том — его слабость.</p> <p>Тумэй останавливает вас своими словами и жар пламени опаляет её морщинистую кожу. Девушки помоложе танцуют — две из них замечают вас и приникают к вам телами. Вы — новенький. А к новеньким всегда испытывают огромный интерес.</p> <p>Тела девушек — обнажённые, покрытые кровавыми знаками. Волосы прикрывают их наготу лишь немного, но они не стесняются её, наоборот.</p> <p>Они гордятся собой.</p> <p>Единственный, кто не раздевается полностью, позволяя рисовать знаки лишь на своей спине — Гиацинт. Он сидит на камне в десятке шагов от вас, обратив свой взор к пламени.</p> <p>Это поселение дышит жизнью, кровью и животной страстью. И дыхание это становится громче по мере того как приближается ночь.</p> <p>— Он не задерживается внутри тел, которые забирает. А потом... — говорит Тумэй с горечью, показывая на Гиацинта, — Оставляет их такими.</p> <p>Она позволяет себе подумать ещё немного, а потом кивает, поджав губы:</p> <p>— Гиацинт должен был стать сердцем ритуала, но твоё положение гораздо сложнее. Мы поможем тебе, бедное дитя. — Тумэй поднимает лицо к небу, — Ритуал начнётся нескоро, а пока — выбери того, кому позволишь любить себя до назначенного часа.</p> <p>Она мягко улыбается:<br />— Не бойся, почти все они все будут рады стать с тобой единым целым хотя бы на эту ночь.[nick]ЗНАЮЩАЯ[/nick][status]o' death[/status][icon]http://ipic.su/img/img7/fs/877eeaa2c88ccb46838fc4b7873dc18b(koeipiya)3.1562690885.png[/icon]</p> mybb@mybb.ru (Соведь) Thu, 18 Feb 2021 20:46:16 +0300 https://lostland.rolka.me/viewtopic.php?pid=345#p345 https://lostland.rolka.me/viewtopic.php?pid=328#p328 <p>Проклятье.<br />Всего второй день в пути, а ему уже самому хочется поджечь каждую эту повозку со всеми этими людьми.<br />Нэлду эта тропа не нравилась, место гиблое, как болото. Путники здесь гибли, как трава под солнцем летом, а повозки чаще переходили в руки новым владельцам, чем оставались у законных.<br />Но это короткий путь. Короткий. Мать его. Путь.<br />Наниматель просто заявился в одно из тех мест, где сидят подобные Нэлду люди. Не прямиком в логово Охотников, а туда, где любят выпить люди худо бедно владеющие оружием. С одной стороны, чем больше людей, бряцающие оружием возле каравана, тем меньше желания поживиться чужим добром у разбойников. А с другой, там могут оказаться те, у кого оружие не только для устрашения и на количество охраны они клали большой и толстый.<br />Заявился и набрал всех желающих, среди которых оказался и Нэлд. У караванщика уже имелись свои люди, полдюжины хорошо экипированных ребят. Тут и кирасы, и тяжёлые клинки, и копейщики, а лучники просто с презрением смотрели на тот лук, который Нэлд держал при себе. Тот десяток, что набрался к ним, обычное пушечное мясо, чтобы кинуть пыль в глаза и показать, мол глядите, у меня людей больше, чем у вас зубов во рту.<br />Оно бы и сработало, если бы караванщик не повёл их в путь именно этой дорогой.<br />Ропот всей компании наймитов удалось угомонить только обещанием накинуть ещё две монеты сверху, когда они прибудут к конечной цели. Кому-то и этого было достаточно, а остальные, лишившись поддержки большинства, ворчали молча. Как и Нэлд.<br />Они шли, негромко переговариваясь между собой. Караванщик со своими людьми, а забулдыги между собой. Темы разговоров сильно не отличались, только говор. У вояк чувствовалась выучка и образование, те не не кидались бранными словами, даже выражая восхищение. В один момент Нэлду даже стало казаться, что те подчёркнуто стараются вести себя не так, как &quot;сброд с улицы&quot;, как кто-то обронил из них, считая, что никто его не слышит. Нэлду очень хотелось отвесить ему оплеуху, предварительно сняв с его головы шлем. Сброд то сброд, но раз уж им ещё несколько дней жрать из одного котла, пусть хотя бы не плюёт в него.<br />Спор троих компаньонов-на-поход прерывается выкриком с начала каравана. Все разговоры мгновенно затихают, пока караванщик надрывно кричит о том, что впереди поваленное дерево.<br />Нэлда накрывает осознание. Вот оно. Нарвались.<br />— Ёптваюмать, — ругается до сих пор самый культурный и образованный человек в кирасе, резко с шорохом вынимая свой меч из ножен. Едва слышный свист и караванщик с булькающим звуком падает на землю.<br />— Засада! — это кричит уже Нэлд, снимая с каравана, лишившегося своей головы, оцепенение.<br />Следующее ему самому напоминает закипающую в котле вязкую жижу, мало чем напоминающую еду и которую они последний день и жрали. Караванщик, судья ему Неведомый, на охоту никого не отпускал даже на привале, а про разведку и заикаться запрещал. Вот и поплатился. Нэлд мысленно плюнул ему на шевелюру.<br />Среди общего гвалта, Нэлд едва замечает, как под ноги ближайшей к нему лошади что-то летит. Больше догадываясь, чем осознавая, что именно сейчас произойдёт, Нэлд прячется за повозку. Лошадь с истошным ржанием встаёт на дыбы, когда под копытами раздаётся треск. Взмах копыт и кто-то из людей падает замертво, получив удар по голове. Кто-то из своих.<br />В повозку возле Нэлда с треском врезаются арбалетные болты.<br />— Ну ты и курва!<br />Наугад Нэлд выпускает стрелу в ту сторону, откуда по его расчёту прилетел болт. Арбалет это игрушка хорошая, жаль, перезаряжается медленно. Поэтому Нэлд выпускает ещё одну, прежде чем на полусогнутых сменить укрытие. Он не задерживался нигде дольше секунды. Достаточно, чтобы выхватить стрелу из набедренного колчана, наложить на тетиву и мало мальски прицелиться в этой суматохе.<br />Позади то и дело раздавались крики боли, злости и просто досады.<br />Пушечное мясо выполняло своё предназначение.</p> <p>[icon]https://i.imgur.com/IJQXl5D.png[/icon][status] нигде и никогда[/status][nick]нэлд[/nick][profile]проводник, следопыт, охотник[/profile]</p> mybb@mybb.ru (Соведь) Thu, 18 Feb 2021 20:37:32 +0300 https://lostland.rolka.me/viewtopic.php?pid=328#p328 https://lostland.rolka.me/viewtopic.php?pid=325#p325 <p>Сегодня, как и последние несколько дней, Шиповник была просто прохожим. Один из многих людей, которые снуют по улице. Роль была почти завидная, ведь предшествующий месяц каждый день девушке приходилось становиться попрошайкой. Старой и сгорбившейся, потрясывающей кружку с мелочью и не поднимающей головы. Жмущейся по углам, словно побитая дворняжка, припадающая на одну ногу. Волосы обмазанные пеплом и сажей, наспех стащенная роба и постоянное, неотступное ощущение шагов за спиной. Словно камушки перекатываются под чьими-то ступнями, клинок бряцает о голень, а смрадное дыхание окутывает и погружает все глубже в омут.<br />Шиповник устала.<br />Роуз ненавидела спешку. Образы — мозаика, складываемая из цветных стеклышек, дабы из общего рисунка ничего не выбивалось. Ее искусство не может принять личины, склеенной наспех, которую сорвать можно одним лишь мановением руки. Теперь время на подготовку — драгоценность, которой Роуз лишили. Выкрасть бы ее обратно, отобрать у наглых захватчиков, да как, каким образом? Вернуться в комнатушку, которую девушка ранее арендовала, подобно самоубийству. Тщательно собранная коллекция париков, подготовленные наряды и бесконечные скляночки, помогающие маскировать внешность — все можно считать утерянным. Если, конечно, в карманах помимо медяка не завалялся план по сбрасыванию хвоста и, желательно, исчезновению с лица земли всей банды, которая ныне так отравляла жизнь. Под кожу проникала миазмами и разливалась гнойным воспалением.<br />Шиповник давно покинула район, которым «владела» ее бывшая банда, но разве ублюдки не любят загонять утомленную дичь? Стать бы сильнее за пару мгновений, дабы сон перестал быть такой роскошью. Чтобы, наконец, спокойно вернуться домой и проведать отца. Отдать деньги на лекарства.<br />Ладони сжимались сильнее, ногти глубоко впивались в кожу. Но злиться сейчас нельзя, нет-нет, ярость — туманит разум, мешает мыслить. Да, обращаться к старым клиентам тоже не безопасно. И все равно требуется хотя бы пара спокойных дней, дабы приготовить настойку — у Роуз украли даже такую малость.<br />Возможно, стоило с самого начала, в первые же часы, обратиться за помощью к Мэгги. И если бы Шиповнику повезло попасть под хорошее настроение ведьмы, то проблемы ныне вовсе не существовало. Однако момент упущен и нужно бежать дальше, бесцельно, попросту в никуда. Юной Фаррен нужен способ избавить свою жизнь от ряда людей — что ж, время к Сущности на поклон и гори все синим пламенем инквизиции. Только вот страшно. До дрожи в коленях, до нервозности, до нехватки кислорода. О, конечно, Шиповник выполняла опасные задания, но вот руки старалась не марать. И не испытывала психопатичного насаждения от жертвоприношений, вскрывания тел или, упаси Семеро, поедания чужой плоти. Кажется, все это было обязательными пунктами, дабы спокойно и без лишних нервов просить оскверненных богов о милости. Может, Сущности глубоко плевать, испытывает ли ее новый агнец наслаждение от различного рода ненормальной мерзости, но вот Роуз очень уж хотелось решить свои проблемы и не спятить при этом. Задача казалось неосуществимой. Проще лечь и сдохнуть в ближайшей канаве.<br />«— Крыса», — пока разум занят пережевыванием несчастий, свалившихся на себя любимую, скажем спасибо той частичке, которая продолжает наблюдать за людьми. Прозвище всплывает среди треволнений, пока мужчина точь-в-точь как старый знакомый, проходит мимо. И сколько не следуй за ним — ведение не исчезает, черты лица не меняются и Крыса — который, между прочим, должен быть мертв — идет дальше по своим неведомым делам. И нельзя сказать, чтобы он хоть немного казался беглецом, который скрывался и опасался пристального внимания старых знакомых. Шиповник поддается импульсу, в ее голове еще не оформляется план, свет надежды не особо-то брезжит, но зарождается уверенность, словно что-то в этой ситуации можно использовать. В идеале — Крысу, но можно ограничиться и причиной его вопиющего спокойствия. Для человека, который должен быть мертв. При худшем раскладе мужчина, конечно, просто убьет ее, но разве преследователи не натирают лезвия все с той же причиной?<br />Смена образа — столь же халтурного, как и предыдущего — и всего несколько дней на первый ход.<br />— Легче, легче, — отвечает Шиповник, когда грубый мужской голос добавляет щедрую порцию неуверенности в варево так называемого «плана». Но сейчас точно не время погружаться в образ испуганной девочки, собраться, стереть это нелепое выражение страха с лица до того, как обернуться к говорившему. И слегка приподнять руки на уровень пояса — у нее нет оружия или намерения опоить мужчину чем-то непотребным. Смешно, словно Крыса мог бы чего-то опасаться от такой, как Фаррен. — Долго же ты меня ловил, — нарисовать на лице улыбку. Сейчас бы попросить минутку на молитву Воину, дабы тот отсыпал храбрости, да уже как-то неуместно.[icon]https://forumavatars.ru/img/avatars/001a/27/35/55-1565191906.png[/icon][nick]Шиповник[/nick][status]никто[/status][profile]воровка, информатор[/profile]</p> mybb@mybb.ru (Соведь) Thu, 18 Feb 2021 20:36:08 +0300 https://lostland.rolka.me/viewtopic.php?pid=325#p325 https://lostland.rolka.me/viewtopic.php?pid=322#p322 <p>[nick]ЛИСАНДР ПЭЙТОН[/nick][status]бездна звёзд[/status][icon]https://forumavatars.ru/img/avatars/001a/27/35/25-1573073701.jpg[/icon][profile]первый сын Киллиана Пэйтона, студент Дагортского университета[/profile]Скалящаяся пасть подплывает ближе, обдавая могильным холодом, а в ушах всё ещё звенит зловещий, совсем нечеловечий смех. Невольная дрожь пробегает между лопаток — вблизи тень кажется ещё громаднее, злее и уже менее нематериальной. Со всех сторон подступает удушающий туман, и висках что-то неистово колотится, путая мысли окончательно. Там, где только что яркой нитью проходила любовь и вера к Семерым — смешение ярких мазков и серых пятен. Перед глазами рябит, но даже в этом мареве можно разобрать речь осквернителя, освещённую злобой и насмешкой.</p> <p>Не первый и не последний раз ему приходится сталкиваться с теми, кто начинает сомневаться в силе Семерых, только потому, что они не ходят среди людей, не раздают своих благословений, как проклятые боги, не являются во снах, не направляют тёмной рукой. И не считает их правыми. Проклятые боги не сильны, наоборот — они так явно жаждут поддержки людей, подпитываются их силами и животной страстью мятежных душ, раздают свои дары таким вот жалким, как этот осквернитель, заплутавшим и потерявшим истинную веру.</p> <p>Иногда ему жаль, что инквизиция настолько добра, что позволяет еретикам очиститься через огонь, вознестись к Неведомому, отдать на его справедливый суд. Позволяет ли он хоть одному из них обернуться чёрным пером, принимает ли грешных детей? Возможно, эта истина так и останется недосягаемой, но определённо потерянные осквернители, затаившие свою глупую обиду на Семерых, должны найти освобождение в ярком огне истины, полыхающим справедливым судом.</p> <p>Этот осквернитель тоже должен гореть. Гореть и кричать, пока со сползающей кожей не слезут с него все грехи.</p> <p>И он будет гореть, когда его схватит инквизиция. Как они ловят тени? Большой вопрос, ранее не приходивший в голову, но ведь и Лисандру не приходится до сего момента так близко стоять к осквернителю, чувствовать его силу и видеть проклятие изгнанного бога. Да, он знает о них из доступных книг и редких рассказов инквизиторов, но сухие знания и неприятный опыт — не одно и тоже. Впрочем, почему неприятный? Он будет ликовать, когда этот кусок мрази от человека схватят и осудят.</p> <p>— Мы не оскверняем наши души и несём волю Семерых, за которыми нет нужды прятаться, как прячутся за проклятыми силами последователи отринутых, — резко отвечает, стоит тени наконец-то замолчать. Высокопарные слова проклятого фанатика гудят в голове, отражаясь гневом во взгляде — как он смеет хулить Семерых, скрывая за этим свою собственную трусость? Вместо того, чтобы нести огонь веры, преодолевая трудности под благословением богов, этот осквернитель сдался, продал свою душу за метку и проклятые силы, обречённый плутать во тьме, пока его не настигнет божественный огонь, пока не слетятся вороны.</p> <p>От прикосновения тени становится холоднее, а от его слов вместо страха накатывает злость; хочется резко возразить, но Лисандр не успевает. Вместо тени — человек, скрывающий своё лицо, и лишь тёмные глаза угадываются в неровном свете подрагивающих свечей. Узнавание пронзает молнией, прямиком из того грозового вечера, когда эти же глаза смотрели на него с превосходством и насмешкой. Разрозненные мысли не успевают сложиться в один паззл: руку пронзает болью, от которой пальцы невольно разжимаются, и Стоун оказывается за спиной. От его шипящего голоса к горлу подкатывает тошнота, которую удаётся сдержать лишь каким-то чудом.</p> <p>В растерянности своей, Лисандр не оказывает сопротивления, давая выволочь себя на улицу, замечая разбегающихся студентов краешком сознания, тогда как мысли заполнены совсем другим. Он пытается связать воедино картину, в которой осквернитель, Стоун и его дядя как-то вместе мирно сосуществуют, и не может. Дикость, что члена его семьи может что-то связывать с осквернителем, с этим проклятым еретиком, предавшем Семерых. И память мягко подсказывает, что дядя — не меньший предатель, пусть не Семерых, но семьи. И вопросы веры им обсуждать тоже не пришлось. Мог дядя тоже?.. Он отказывается в это верить.</p> <p>Они ныряют в проулок, куда-то поворачивают; голова кружится от внезапно свежего воздуха, пришедшего на место духоты, скопившейся в доме. Рука с каждым шагом болит всё сильнее, и так продолжаться больше не может — почему он позволяет себя куда-то увести, да ещё осквернителю? Да ещё Стоуну. Почти хорошо, что тот — еретик, не зря их первая встреча пропитана такой сильной неприязнью.</p> <p>Будь у меня дети, в самом деле, я и тогда доверял бы ему больше, чем им.</p> <p>Скрипнув зубами, Лисандр резко останавливается, почти заваливаясь назад, но не в своей неловкости — запутавшись ногами, он, вместе с тем, резко в своей ярости бьёт затылком по лицу Стоуна и вырывает руку, отпрыгивая вперёд. Быстро развернувшись, тянется к пистолету, но тот оставлен дома, пылится на полу, а, может, и вовсе затопчен запаниковавшими студентами. Это злит и одновременно вызывает опасения — другого оружия у него с собой нет. Впрочем, всё, что ему требуется — дождаться инквизиции, не настолько далеко успели уйти.</p> <p>— Не думай, что я не узнал тебя, Стоун Роу, — со злой иронией замечает Лисандр, держась от Стоуна на расстоянии. Он помнит эту фамилию, как и тысячи других; будучи наследником Пэйтонов, он обязан знать историю, традиции и дела всех остальных знатных семей, пусть менее влиятельных. Судьба семьи Роу — незавидна, но заслужена, и ни о каких прямых наследниках мужского пола в документах речи не идёт. Присвоена ли эта фамилия или перед ним обычный бастард — не так важно, очевидно, что не человек благородных кровей.</p> <p>Да и человек ли.</p> mybb@mybb.ru (Соведь) Thu, 18 Feb 2021 20:34:38 +0300 https://lostland.rolka.me/viewtopic.php?pid=322#p322 https://lostland.rolka.me/viewtopic.php?pid=316#p316 <div class="quote-box quote-main"><blockquote><p><span style="display: block; text-align: center">Знаешь эту старую детскую&#160; игру: Камень, пес и крыса? Давай ей все разрешим. Не знаешь? Ну как же! Камень бьет пса, пес ловит крысу, крыса уворачивается от камня.<br />Давай сыграем!<br />Раз. Два. Три...</span></p></blockquote></div> <p><strong>Камень</strong></p> <p>Он не должен был родиться. Плод ненависти и животной похоти. Нежеланное дитя. Когда мать носила его под сердцем, то делала все, чтобы избавиться от дитя насильника. И Тяжести таскала, и работала на износ, но он еще тогда крепко цеплялся за жизнь.<br />Мир не хотел его принять. В день родов он чуть не задохнулся обмотавшись пуповиной, но бывалая повитуха смогла спасти и дитя и мать. Отец хотел оставить дитя в лесу, чтобы звери забрали, но слыша плач ребенка вернулся. Не смог взять такой грех на душу.<br />Он пришел в этот мир и не получил имени. До года у мальчишки не было имени и лишь когда в дом егеря пришли и кликнул мальчику, то мать небрежно назвала его Стоуном.<br />Его учили не церемониться. Мальчишка рос и с его существованием смирились. Естественно лишний рот в доме терпеть просто так никто не желал. Он с детства помогал отцу в охоте, наблюдал за зверями, учился свежевать животных и обрабатывать шкуры. Он редко слышал похвалу в свой адрес, а больше всего любви и ласки получал от охотничьего пса. От матери только и и слышал, что у него поганая кровь, мерзкая рожа и вообще урод уродом видеть его тошно. Он верил ей. Когда вырос стал закрывать лицо тряпицей, прятаться под плащами, лишь глаза смотрели на мир со звериной сосредоточенностью.<br />Он знал, что мать возносит хвалы проклятым богам, знает что боялась и почитала Сущность. В отместку ей он рьяно стал взывать к Мнимому. Он умел слушать, что говорят люди о проклятом, как возносили ранее ему мольбы. Возносил и он. В глуши. Под сенью деревьев пускал звериную кровь во славу его. Бог молчал.<br />Он был терпелив. Терпел когда отец вымещал на нем злость, когда бил с пьяных глаз, когда мать помыкала им. Терпел. СМотрел на других. Грел в сердце злость.<br />Он любил наблюдать. Слушал разговоры людей, собирал слухи и сплетни в ближайшее от дома деревеньке. Старался не приближаться боясь быть отвергнутым. В нем не было жалости. Однажды, когда он встретил попавшего в ловушку мужчину он ее помог, хоть тот просил. Он наблюдал, с удовольствием смотрел как истекал кровью. Тогда он впервые услышал шепот.<br />Он был не глуп. не получив образования был по житейски умен и хитер. Стал в пятнадцать лет ловить в ловушки людей. Убивать. Свеживать. Охотился так. Через пару месяцев услышал, что инквизиция заинтересовалось смертями в лесу. Он понял, что не может ничего поставить против них. Знал, что найдут. Он вернулся домой, к матери. Выманил в лес и долго издевался. Мстил за все годы, за то что хулился имя его бога. А потом убил и ушел в город. Отец всегда говорил, что прятать лучше на самом видном месте.<br /><strong>Пёс</strong></p> <p>Жить в городе оказалось намного сложнее в чем забытом посреди лесу домишке. Город был иным. Стоун быстро прибился к одной из группировок мальчишек, что грабили прохожих и дома. Своего имени он не называл, боясь что его надут. Главарь банды смеясь называл его приблудным псом. Потом просто псом. Среди этого отребья Пёс выделялся молчаливостью и тем что ненавидел открывать лицо. Если кто-то лез под кожу с расспросами, то отмалчивался или швырял короткие фразы про урода и поганую кровь. Вскоре к нему привыкли. Постепенно&#160; Пёс начал тянуться к общению, раскачиваться и из нелюдимого дикаря превратился в молчаливого человека.<br />Он рос вместе с этой бандой, учился жить и выживать. Вместе с ними в итоге вышел на промысел на дороги. Грабил. Убивал. Но всякий раз делал это во славу своего бога. Даже тогда, когда можно было отпустить человека Пёс убивал.<br />Ничто не вечно в полночном мире и в один из дней на шайку наконец вышли люди короля. перебили почти всех. Пёс был из тех немногих, кто смог унести ноги. Он снова спрятался в городе.</p> <p><strong>Крыса</strong></p> <p>Там в самых бедных кварталах он нашел себе хозяина. Человека, которому нужен был наемник без кодекса чести и совести. Новый хозяин в насмешку назвал наемника Крысой. &quot;Только глаза сверкают из-под шляпы и маски&quot; — смеялся он. Псу было плевать как называться. Он занимался рекетом, убирал тех, кто неугоден был новому хозяину.<br />Он принимал ласки шлюх за любовь, считая что не может быть ничего иного. Пока в один из дней не был ранен. Вернуться в свою ору он не успел, упав на пороге одного из домов. В себя он пришел уже в чьем то доме. Он навсегда запомнил доброту молодой красивой дочки купца. Она одна из тех, кто за долгие годы проявила к нему добро и участие. Купец не рад был этой доброте дочери. Не рад был и тому, что этот странный молчаливый человек стал появляться у их дома. Девушка научила Крыса читать, пыталась обучить письму, но потерпела неудачу. Он любил ее как должно любить мать.<br />А потом ее отняли. Выдали замуж. Все было так скоротечно, что Крыса даже не узнал куда и кому. Отец ее даже перед смертью не сознался.<br />Кровожадность, растущая с каждым днем начала пугать хозяина Крысы, а когда тот обнаружил в &quot;норе&quot; алтарь Мнимого и дубленую человеческую кожу, то решил, что пора избавиться от полоумного. проблемы с инквизицией не нужны никому. <br />Они гнали Крыса как гонят зверя. Ранили, но за жизнь он цеплялся с рождения. Раненный он смог пробраться в хорошо охраняемый дом, зная что там его искать не будут. Переоценил себя. Забравшись в окно встать уже не смог, чувствуя как кровь покидает тело.<br />Ночью он услышал зов своего бога. тот оставил ему бесценный Дар.</p> <p><strong>Камень</strong></p> <p>Утро началось с выкриками и стражей. С ними был странный человек — Хэмиш.&#160; Этот странный человек выпроводил стражу и сказал, что Крыса работает на него. Крыса не поверил, но когда этот человек проявил к нему участие, когда предложил работу, не думал долго. Пэйтон пытался узнать, но Крыса говорил, что имени у него нет. Он долго привыкал к новому хозяину. Больше всего это напоминало приручение дикого зверя. Крыс постепенно проникся к этому странному человеку. Проникся настолько, что назвал свое имя — Стоун. Хэмиш проявлял к Стоуну участие, и не важно было ли это желание использовать или что-то искренне, а в ответ Стоун платил собачьей верностью, крысиной хитростью и твердым намерением выполнить любой приказ.<br />Уже три года Стоун служит своему господину. Сейчас он уверен лишь в дух вещах: истинности своей веры и в том, что готов разменять свою жизнь на жизнь Хэмиша.</p> mybb@mybb.ru (Соведь) Thu, 18 Feb 2021 20:28:15 +0300 https://lostland.rolka.me/viewtopic.php?pid=316#p316 https://lostland.rolka.me/viewtopic.php?pid=250#p250 <p>Привет калда</p> mybb@mybb.ru (Соведь) Fri, 12 Apr 2013 07:23:38 +0400 https://lostland.rolka.me/viewtopic.php?pid=250#p250